Дочь Этери Тутберидзе Диана Дэвис и её партнер по танцам на льду Глеб Смолкин уверенно выступили в командном турнире Олимпийских игр в Милане. В ритм-танце дуэт, представляющий сборную Грузии, получил 78,97 балла и занял шестое место, сохранив своей команде шансы на борьбу за медаль. После проката фигуристы подробно рассказали о качестве льда, быте в олимпийской деревне, давлении хейтеров и окончательно расставили точки в вопросе возможного возвращения под флаг России.
По словам Глеба, в этот день им удалось реализовать программу почти полностью:
«По ощущениям выложились процентов на 90, — признался он. — К концу проката стало полегче: почувствовали лед, трибуны, размеры арены. Но, честно, я не в восторге от качества льда. Его все очень хвалят, не знаю, может, так надо по протоколу, но, на мой взгляд, для олимпийской арены стандарт должен быть выше».
На вопрос о сравнении с тренировочным льдом в Монреале, где пара постоянно занимается, Смолкин ответил без колебаний:
«В Монреале лед однозначно лучше. Там он стабильный, предсказуемый, а здесь всё время что-то меняется».
Глеб довольно подробно объяснил, в чём проблема:
«Утром выхожу — лед уже залит, выглядит нормально. Потом зачем‑то ещё две машины начинают его доливать. Вода ложится слоями, получается слишком толстый мокрый слой. Первая группа заходит прямо в лужи — вода летит на голени. Ладно, через полчаса она ещё как‑то примерзает. А вот когда выходим мы, во второй группе, поверхность становится “пружинной”, местами — как каменная. На таком льду буквально подпрыгиваешь, вместо того чтобы скользить».
При этом на результат, по словам фигуриста, они старались не перекладывать ответственность на внешние условия:
«Мы все в одинаковой ситуации. Приходится просто подстраиваться. Если на хорошем льду можно позволить себе где‑то “взлететь”, поиграть с ритмом, то здесь нужно быть максимально приземлённым: внимательно ставить ноги, аккуратнее работать на ребрах, иначе тебя просто подбросит в ненужный момент».
По словам Глеба, они пытались донести замечания по поводу льда до организаторов:
«Мы уже обсудили это с ответственными людьми, но большого эффекта пока нет. Вроде бы всех всё устраивает, кроме самих спортсменов».
Сравнивая нынешние Игры с Олимпиадой в Пекине, где всё проходило под жёсткими ковидными ограничениями, Смолкин признал, что опыт совсем другой:
«Сопоставить сложно. В Пекине не было зрителей, мы жили как в изоляции. Здесь — совсем другой эмоциональный фон. Есть публика, аплодисменты, реакции. Люди общаются без масок, пересекаются в столовой, на тренировках, в деревне. Жизнь действительно кипит, и это очень чувствуется».
Он отдельно отметил внимание к ним со стороны грузинского руководства:
«Вчера мы встретились с президентом Грузии. Это важно: страна реально хочет побороться за медаль в командном турнире. Президент сидит на трибунах, следит за стартами, реагирует. По переводу мы поняли, что он очень гордится результатами фигуристов, смотрел чемпионат Европы, даже поднял ночью жену, чтобы вместе посмотреть выступления. После Европы вся страна, можно сказать, стояла на ушах — это чувствуется и сейчас».
Не обошли стороной и условия проживания в олимпийской деревне. Вопросы к организации у ребят накопились:
«Свет нам так и не починили, — честно признался Глеб. — В целом, условия оставляют желать лучшего».
Диана добавила:
«У меня в туалете сверху или снизу кто‑то постоянно курит. Запах табака идёт прямо в помещение».
Смолкин подхватил:
«Будем искать “источник”. Реально сильно несёт дымом, а у Дианы астма, это для неё особенно тяжело. Так что сейчас нам дискомфортно и физически, и морально».
Несмотря на все трудности, цель у пары предельно ясна — медаль для Грузии:
«Да, мы смотрим в сторону бронзы, — подтвердил Глеб. — Грузия — один из реальных претендентов. Это приятно осознавать. Надо всегда стремиться к максимуму: только тогда есть шанс чего‑то добиться. Командник — отдельное давление, но и отдельная мотивация».
Оценку 78,97 за ритм-танец дуэт воспринял как шаг к желанному рубежу:
«Мы хотим стабильно кататься вокруг 80 баллов, — сказал Смолкин. — На Европе недобрали из‑за уровней твиззлов — по сути, по глупости. Здесь пока сложно сказать, чего именно не хватило, нужно внимательно разобрать протокол. Но почти 79 — это уже зона, в которой мы хотим находиться. Для олимпийского турнира около 80 баллов — достойный результат. Это не максимум, но направление правильное».
Отдельный блок вопросов касался отношения российских болельщиков к паре, которая теперь выступает под грузинским флагом:
«Мы ощущаем, что в России нас многие продолжают поддерживать как “своих”, — отметил Глеб. — И это очень ценно. Если человек переживает за нас, радуется нашим прокатам — не так важно, под каким флагом мы катаемся. Поддержка чувствуется, и мы за неё искренне благодарны».
На тему перехода в сборную Грузии Смолкин высказался однозначно:
«Я считаю, что решение было правильным. Так спокойнее всем. В России своя очередь, свои внутренние разборы и конкуренция. У нас свой путь, свои задачи. В танцах на льду нельзя годами стоять в очереди и ждать, пока тебе дадут шанс. Карьера короткая. Мы просто выбрали дорогу, по которой можем двигаться, а не стоять на месте».
Он отметил, что первоначально волна негатива в их адрес была ощутимой, но со временем ситуация изменилась:
«Хейта стало меньше. В начале многие реагировали резко, иногда агрессивно, но сейчас, кажется, люди больше смотрят на спорт, на прокаты, а не на политический фон. Лично меня критика не ранит. Другое дело, когда читаешь откровенно несправедливые вещи. Есть честный разбор — а есть просто желание уколоть. Мы стараемся это фильтровать».
Диана призналась, что специально комментарии не изучает:
«Я могу случайно что‑то увидеть, но не сижу и не пролистываю ленту. Сейчас важно сохранять голову чистой: Олимпиада — не то место, где стоит заниматься самокопанием из‑за чужих слов».
Смолкин её поддержал:
«Я тоже практически не читаю. Понимаю, что там есть и хорошее, и плохое, но перед стартами лишние эмоции не нужны. У нас есть тренеры, специалисты, с которыми мы разбираем ошибки. Мнение профессионалов — вот что действительно влияет на работу».
Отвечая на часто задаваемый вопрос о том, возможен ли теоретически их возврат в сборную России, Глеб дал понять, что этот этап для них закрыт:
«Мы уже сделали выбор. Возвращаться в сборную России мы не планируем. У нас есть обязательства перед Грузией, перед федерацией, людьми, которые в нас поверили и вложились. Было бы нечестно по отношению к ним относиться к этому как к временному варианту. Мы не рассматриваем вариант “назад”. Наши карьера и будущее сейчас связаны именно с грузинской командой».
Диана добавила, что на неё сильно повлиял человеческий фактор:
«После перехода мы почувствовали очень тёплое отношение — и со стороны команды, и со стороны болельщиков. Для меня это важно не меньше, чем спортивные условия. Ты выходишь на лёд и понимаешь, что катаешься не только ради себя, а ещё ради людей, которые за тебя искренне переживают. И когда это искренне — ты не хочешь их подвести и тем более не хочешь использовать страну как “трамплин”».
Внутри грузинской команды, по словам пары, атмосфера доверия и поддержки:
«У нас нет ощущения, что мы пришли “чужими”, — рассказывает Глеб. — Наоборот, все помогали нам адаптироваться, вникнуть во внутренние процессы. Для танцев на льду важно чувствовать стабильность: понимать, что в тебя верят не от старта к старту, а стратегически. Здесь мы это чувствуем».
Отдельная тема — психологическое давление статуса «дочери Тутберидзе», который неизбежно преследует Диану:
«Я понимаю, что для многих я всегда буду “дочкой Этери Георгиевны”, — говорит Дэвис. — Но мы с Глебом давно живём в режиме, когда на льду я просто партнерша, спортсменка. Мы строим свою историю. Я благодарна маме за всё, что она для меня сделала, но наши прокаты, наши результаты — это уже наша ответственность, наша работа».
При этом, по словам пары, они чувствуют, что постепенно фанаты начинают воспринимать их не через призму фамилий и биографий, а как самостоятельный дуэт:
«Когда к тебе подходят и говорят: “Нам нравится именно ваша пара, ваш стиль, ваша музыка” — это дорогого стоит, — делится Глеб. — Значит, мы уже ассоциируемся не с чьими‑то родителями или политическим фоном, а с конкретным творческим продуктом на льду».
Впереди у Дэвис и Смолкина ещё произвольный танец и решающая борьба в командном турнире. При этом они подчёркивают, что их главная цель на этих Играх — не только цифры на табло:
«Конечно, медали — это мечта любого спортсмена, — говорит Диана. — Но мы хотим уехать с Олимпиады с ощущением, что показали себя в полную силу, что не струсили, не “сгорели” внутри. Для нас эта Олимпиада — ещё и проверка зрелости как пары».
Глеб соглашается:
«Если мы выложимся по максимуму и будем честны с собой и своей работой, то счет уже станет следствием. А за Грузию мы будем биться до последней секунды проката. Мы осознанно выбрали этот путь и хотим доказать на льду, что сделали это не зря».